Кому кризис не страшен? Тому, кто переживает его не в первый раз. Бизнесмены, чьи компании успешно преодолели кризис 1998 г., рассказывают, как это было. Применимы ли уроки прошлого в кризисном настоящем?
Елена Фадеева
Генеральный директор Fleishman-Hillrd Vanguard.
Компания образована в 1993 г.
| Образование Академия народного хозяйства, Kingston University (UK), Case Western University (USA). Специализация – управление бизнесом, международные отношения и юриспруденция.Карьера С 1993 – генеральный директор компании Vanguard PR. С 2007 – генеральный директор Fleishman-Hillard. С прошлого года – председатель АКОС (Ассоциации компаний-консультантов в области связей с общественностью). |
«Мы появились 15 лет назад, и тогда мы были одним из первых PR-агентств, специализирующихся на работе с иностранными компаниями. Веселое было время. Начало осени, в Москве беспорядки. Наш офис располагался в бизнесцентре, там, где сейчас гостиница «Славянская». Мы смотрели из окон, как танки стреляют по Белому дому, и не понимали, что мы делаем. Тут, может, война начинается, а у нас на уме работа с транснациональными корпорациями. Сейчас я понимаю, что компания, которая пережила такое в самом начале… Ей уже ничего не страшно, она ко всему будет относиться спокойно и сдержанно. С 1993 по 1998 г. мы росли с какой-то сумасшедшей скоростью. Заказчиков было много, а вот профагентств мало, так что мы «снимали сливки» на рынке, у нас было много клиентов, мы работали с рекламными холдингами – то есть бизнес был устойчивым. Я помню, мы встречались с коллегами, и все были уверены, что завтра будет безусловно лучше, чем вчера. И тут все замерло. Во всех сферах бизнеса, но особенно в медийной и коммуникационной. Помню тот ужас, который вдруг застыл в атмосфере – это было не мое личное ощущение, а именно та общая эмоция, которая витала в воздухе. Никто ничего не понимал. Как это – последние пять лет у нас все росло, в каждом месяце прибыль была выше, чем в предыдущем, росли обороты. И вдруг – тишина. Наша компания пострадала меньше других, поскольку у нас были долгосрочные проекты и наши клиенты чувствовали себя вполне хорошо даже на фоне кризиса – несмотря на обстановку никто не снизил активность. Можно сказать, что непосредственно в 98-м мы ничего не почувствовали. Было такое странное ощущение – вокруг рекламные агентства увольняли сотрудников, а мы, наоборот, набирали.
Именно в тот кризисный год к нам пришел целый ряд профессионалов из междуна- родных рекламных агентств. Но потом наступил год 1999-й… Долгосрочные контракты закончились, а новые заключать никто не спешил. И это было действительно жутко. Мы по-прежнему не понимали, к чему все идет. Что будет к концу 99-го, в 2000-м. В рекламной отрасли было столько сокращений, что страшно становилось. Когда я встречалась с коллегами, все разговоры неизменно заканчивались плачем о том, как все плохо. Многие руководители тогда еще не проходили системный кризис и попросту не знали, что делать. Именно это непонимание ситуации привело к большому числу ошибок. Мы, например, в 1998 г. практически не сокращали расходы, терпели высокую аренду и, как я уже сказала, активно набирали людей. В 99-м, когда обороты упали, мы сократили то, что можно было сократить: договорились о новой арендной ставке, провели оценку персонала и сократили порядка 15–20% коллектива. Но могу сказать, что тогда у нас был существенно раздут штат. По большому счету, если бы мы 10 лет назад управлялись столь же эффективно, как сейчас, этих 15–20% просто бы не было.
Дефолта непосредственно в компании не произошло, мы никогда не прекращали платежи. Где-то на полгода, с начала весны и до конца лета, у нас существенно упала прибыль. Но уже осенью 99-го мы работали на полную мощность.
Этот кризис, безусловно, отличается от предыдущего. Тогда была проблема одной конкретной страны. Сейчас это результат мировых изменений. В этом есть свой плюс – значит, экономика России наконец-то стала частью мировой экономики. Но с другой стороны, глобальная рецессия доходит и до нас. Правда, с опозданием. Этим можно воспользоваться – любой владелец бизнеса или частный инвестор может сейчас посмотреть на США или Европу и понять, что через некоторое время будет у нас. Однако вряд ли кто-то возьмется строить долгосрочные прогнозы. Еще недавно предсказывали, что экономика достигнет дна в феврале-марте. Однако уже очевидно, что мы только в середине пути и до дна еще далеко.
Сейчас страха неопределенности нет. Мы понимаем, что рано или поздно в экономике снова начнется подъем. Вопрос в том, какие компании дойдут до этой точки с минимальными потерями. К этому кризису ведь начали готовиться года за три. Никто не предугадывал именно такой поворот событий, но три года подряд сообщения о надвигающемся кризисе курсировали в бизнес-кругах и в СМИ. Соответственно, последние три года прозорливые руководители компаний вынашивали запасные планы B, C, D… Уже к концу сентября у меня были планы на любое развитие событий. Мы начали сокращать расходы, когда слухи о кризисе только-только появились, поэтому непосредственно к кризису подошли с четкой структурой финансирования. На этот раз мы не проводим сокращения, наоборот – очень аккуратно, точечно продолжаем набирать сотрудников.
Ситуация на рынке в целом похожа на ту, что была 10 лет назад. Тогда компании, которые занимались только одним сегментом и предоставляли один вид услуг, пострадали первыми. Например, агентства, которые работали исключительно с банками, попросту закрылись. Сейчас я наблюдаю то же самое: компании, которые специализируются на рынке недвижимости, сокращаются или закрываются вовсе. Пресловутое «не складывайте яйца в одну корзину» работает и в бизнесе. В любой ситуации самое лучшее – работать в ряде индустрий и предоставлять ряд услуг. Это делает компанию устойчивой. Если один из клиентов отвечает за 70% оборота компании, это неправильно. Потеряв этого клиента, компания рискует всем».
http://www.lbudget.ru/rubrics/?tid=29&rubric=mybusiness&rid=922
